Вспоминать больно. Забыть нельзя: встречи в Гомельском краеведческом музее
04.12.2025 877
Память, ожившая в стенах музея: потомки рассказали о трагедии в оккупированных Поколюбичах.
В Гомельском историко-краеведческом музее состоялась встреча, где собрались потомки тех, чьи судьбы связаны с трагическими событиями в Поколюбичах в годы Великой Отечественной войны.
Они делились семейными историями, передавая память о зверствах оккупационного режима и о своих предках, погибших от рук нацистов.
— Бабушка очень сильно его любила, — повествует Алла Викторовна. — Говорила, что, даже если бы он в шалаше жил, то с ним бы осталась.
По семейным рассказам, Александра Демидовича сдали оккупантам. Он участвовал в подпольной работе, за что и поплатился жизнью.
— Мама говорила, что никогда не чувствовала разницы. Иван Исакович ко всем относился с одинаковой любовью, — поделилась Татьяна Алексеевна.
Известно, что Сайкова не призвали сразу на фронт по состоянию здоровья.
— Когда армия отходила, таких, как он, более ответственных, оставляли для подполья. Но они даже ничего не успели сделать. Немцы пришли, и их сразу же выдали, — вспоминает рассказчица.
Ивана Сайкова допрашивали дольше всех, потому что у него нашли винтовку. После расстрела местные женщины, жены и матери, обменивали у немцев на продукты тела погибших, чтобы предать
их земле.
Семья жила в землянке, сооруженной в яме от упавшего снаряда. В тот день мама Нины пекла хлеб. Утром за семнадцатилетним Алексеем пришли немцы. Все думали, что парня, как и других, погнали копать траншеи.
— А тетя всегда делала акцент на одной детали, что если хлеб в печи испекся, но лопнул и вытек, то это считалось плохой приметой. Мама, предчувствуя беду, велела дочери Нине: «Беги, хлеб брату передай, а то он голодный останется». Девушка пошла вслед за колонной, но опоздала. Она подбежала и увидела: лежит Алексей, и вроде как цел. А потом она его перевернула, а там спина, разорванная пулями, — передает слова тети Светлана.
А саму Нину хотели угнать в Германию. Чтобы избежать этого, она намеренно нанесла себе ранение, приложив к ноге ядовитые цветы лютиков. Образовались язвы, и ее не забрали. Немецкий фельдшер, делая ей перевязки, грубо рвал бинты, причиняя боль. Однажды девушка не выдержала и пнула его. Он хотел ее застрелить, но передумал.
Эта встреча в музее стала попыткой сохранить живую детальную память о людях, которые стали жертвой страшной войны. Их память теперь живет не только в семейных альбомах, но и в стенах Гомельского историко-краеведческого музея, чтобы каждый посетитель мог узнать правду о цене, которую заплатили обычные жители Гомельщины за Победу.
Тимофей ЛЕВИНЦОВ
Фото автора
В Гомельском историко-краеведческом музее состоялась встреча, где собрались потомки тех, чьи судьбы связаны с трагическими событиями в Поколюбичах в годы Великой Отечественной войны.
Они делились семейными историями, передавая память о зверствах оккупационного режима и о своих предках, погибших от рук нацистов.
Преданный идеалам
История Рандавцова Александра Демидовича, 1908 года рождения, была рассказана его внучкой Аллой Викторовной со слов бабушки, Анны Климовны. Член КПСС, он сменил несколько ответственных должностей: с 1930 по 1936 год работал зоотехником в совхозе «Демьянки», затем счетоводом в колхозе имени Ленина, а с 1937 по 1940 год был секретарем Поколюбичского сельского Совета.— Бабушка очень сильно его любила, — повествует Алла Викторовна. — Говорила, что, даже если бы он в шалаше жил, то с ним бы осталась.
По семейным рассказам, Александра Демидовича сдали оккупантам. Он участвовал в подпольной работе, за что и поплатился жизнью.
Добрейшей души человек
Об отчиме своей мамы, Иване Исаковиче Сайкове, рассказала Татьяна Подтеребкова. Со слов мамы, это был добрейшей души человек. В его семье были и двое родных детей — Александр и Алексей.— Мама говорила, что никогда не чувствовала разницы. Иван Исакович ко всем относился с одинаковой любовью, — поделилась Татьяна Алексеевна.
Известно, что Сайкова не призвали сразу на фронт по состоянию здоровья.
— Когда армия отходила, таких, как он, более ответственных, оставляли для подполья. Но они даже ничего не успели сделать. Немцы пришли, и их сразу же выдали, — вспоминает рассказчица.
Ивана Сайкова допрашивали дольше всех, потому что у него нашли винтовку. После расстрела местные женщины, жены и матери, обменивали у немцев на продукты тела погибших, чтобы предать
их земле.
Плохая примета
Историю о Малашкове Алексее Степановиче рассказала Светлана Шалюта со слов своей тети, Нины Степановны. На момент тех страшных событий Нине было около пятнадцати лет.Семья жила в землянке, сооруженной в яме от упавшего снаряда. В тот день мама Нины пекла хлеб. Утром за семнадцатилетним Алексеем пришли немцы. Все думали, что парня, как и других, погнали копать траншеи.
— А тетя всегда делала акцент на одной детали, что если хлеб в печи испекся, но лопнул и вытек, то это считалось плохой приметой. Мама, предчувствуя беду, велела дочери Нине: «Беги, хлеб брату передай, а то он голодный останется». Девушка пошла вслед за колонной, но опоздала. Она подбежала и увидела: лежит Алексей, и вроде как цел. А потом она его перевернула, а там спина, разорванная пулями, — передает слова тети Светлана.
А саму Нину хотели угнать в Германию. Чтобы избежать этого, она намеренно нанесла себе ранение, приложив к ноге ядовитые цветы лютиков. Образовались язвы, и ее не забрали. Немецкий фельдшер, делая ей перевязки, грубо рвал бинты, причиняя боль. Однажды девушка не выдержала и пнула его. Он хотел ее застрелить, но передумал.
Эта встреча в музее стала попыткой сохранить живую детальную память о людях, которые стали жертвой страшной войны. Их память теперь живет не только в семейных альбомах, но и в стенах Гомельского историко-краеведческого музея, чтобы каждый посетитель мог узнать правду о цене, которую заплатили обычные жители Гомельщины за Победу.
Тимофей ЛЕВИНЦОВ
Фото автора
Читайте также:
Популярное
