Своими воспоминаниями о комсомольской юности поделился Николай Венгер
Николай Венгер был первым секретарем Гомельского райкома ЛКСМБ во второй половине 80-х годов. Это время он вспоминает как самое интересное и насыщенное событиями.
Своими воспоминаниями Николай Васильевич по нашей просьбе поделился с читателями «Маяка»:
Я родом из Украины, Черниговской области, а Гомельщина — это родина моей жены, сюда мы приехали вскоре после свадьбы. За плечами было несколько курсов сельхозакадемии, благодаря чему меня приняли на работу — мастером производственного обучения в ПТУ № 34. Кстати, тогда оно носило имя 60-летия ВЛКСМ, что оказалось весьма символичным — ведь вскоре я перешел на комсомольскую работу.
Секретарем комсомольской организации был и в школе, и в армии. Но здесь меня назначили на освобожденную должность комсомольского лидера, при том, что в нашей первичке было более тысячи юношей и девушек. Молодежь жила в общежитиях, каждый вечер ее надо было чем-то занять. Так что работать приходилось в напряженном графике, постоянно что-то придумывали и организовывали.
Наше училище имело сельскохозяйственный профиль, было кузницей кадров, преимущественно для Гомельского района. Меня заметили, и в 1984 году пригласили на работу в Гомельский райком комсомола — сначала вторым, потом первым секретарем.
В районной организации состояли около восьми тысяч комсомольцев. «Первички» были созданы во всех хозяйствах. Самые крупные — на Гомельской овощной фабрике, племзаводе «Берёзки», колхозе-комбинате имени Урицкого, обеих наших птицефабриках.
На новой работе тесные связи с ПТУ № 34 сохранились и перешли на новый уровень. Училище готовило операторов машинного доения, а по нашей инициативе была введена новая специальность «мастер машинного доения», которая имела более высокий статус. Ее получали лучшие выпускники-комсомольцы, многие из которых потом работали в комсомольских бригадах.
В те времена большое внимание уделялось животноводству. В других районах строили специальные фермы, предназначенные для работы передовой молодежи, комсомольцев. В Гомельском районе такой необходимости не было: у нас уже действовали крепкие животноводческие комплексы, которые были известны на всю республику. Здесь с удовольствием принимали молодежь. Комсомольцы привлекались к внедрению новых производственных технологий (например, на ферме «Залядье» именно они осваивали новый порядок кормления животных), добивались рекордных показателей, становились участниками ВДНХ в Москве.
В течение трех лет все фермы пополнились молодыми кадрами, и это положительно отразилось на их работе. Комсомольцев узнавали по особой форме одежды, которую шили для молодежных бригад, а главное — по молодому задору и стремлению быть первыми в делах.
В 80-х годах на селе было гораздо больше молодых людей, чем сейчас. Бывало, зайдешь вечером в сельский клуб: а там не протолкнуться. Сказывалось воспитание: парни и девушки не рвались за длинным рублем, а считали так: «Я здесь родился, здесь живу и здесь работаю». Большое значение имело и то, что для молодых по государственной программе строили много жилья, в хозяйствах платили хорошую зарплату.
Многие инициативы по организации досуга комсомольцы брали на себя. Инициировали субботники и строили новые объекты. Так появился стадион в деревне Берёзки, спортплощадка в Урицком — на бывшем пустыре, за памятником.
В то время начался «дискотечный бум». Лидеры комсомольских первичек обращались к руководителям хозяйств, и практически никто из них не отказывал в приобретении музыкальной аппаратуры. Комсомольцы следили за порядком на танцевальных вечерах. А помимо этого, часто проводились соревнования, слеты, конкурсы.
В районе было два крупных объединения дружинников — по охране социалистической собственности и поддержанию общественного порядка. Они действовали в совхозе «Брилево» и колхозе-комбинате имени Урицкого.
В нынешних фильмах о предперестроечных временах иногда преподносят такую мысль, что в комсомол вступали ради карьеры. Не стану отрицать, что люди были разные и тогда, и сейчас, но не на нашем районном уровне. У нас все шли в организацию по порыву души. Это было знаком сознательности, стремления жить и работать на благо страны. Так мы были воспитаны.
Комсомол давал большую мотивацию, в него вступали люди с активной жизненной позицией. Поэтому наши активисты нередко со временем становились руководителями. Например, Михаил Лукьянов из секретаря комсомольской организации в своем хозяйстве вырос до директора совхоза «Социализм» (Терюха).
Молодые люди из нашего района входили в областной комсомольский отряд, который трудился на строительстве Байкало-Амурской магистрали, участвовали в других масштабных стройках по комсомольским путевкам. Это была романтика, было интересно приобщиться к чему-то грандиозному. Да и на свою обычную работу — на поле или ферму — комсомольцы часто шли с песнями и улыбками. Ведь трудиться было почетным.
Когда мои дети были маленькими, то шутили: «Папа приезжает к нам в гости». Действительно, должность первого секретаря райкома комсомола оставляла совсем мало времени на семью, на отдых. Я почти не бывал в своем кабинете, всегда — в поездках, в хозяйствах, на полях. Молодые труженики ценили внимание к своей работе, те поощрения, которые мы могли им дать. Таких ребят хотелось поддерживать, сказать хорошее слово, вручить переходящий вымпел. Часто прямо на производстве они обращались ко мне со своими просьбами и, конечно, вопросы старался решать.
Мы все были молодые, готовые поддержать интересную инициативу. Наверное, поэтому нам было так интересно вместе, мы многое успевали. Хочется, чтобы лучшие традиции советской сельской молодежи были возрождены в наше время на новом уровне. Чтобы труд на земле радовал и вдохновлял, а со своей малой родины никуда не хотелось уезжать.
На снимках: Николай Венгер; участники делегации Гомельского района на областной отчетно-выборной конференции 1987 года.
Ирина Трипузова
Фото автора и из архива Николая Венгера
