Спасая жизни: история поисково-спасательного отряда «Симуран»
06.02.2026 524
Казалось бы, зима, морозы, а люди продолжают пропадать. Уезжают на заработки и перестают выходить на связь, убегают из больниц, теряются по состоянию здоровья. В таких случаях на помощь родственникам приходят не только сотрудники милиции, МЧС, но и добровольцы. Волонтёры поисково-спасательного отряда «Симуран» рассказывают читателям «Маяка» о своих трудовых буднях и поисках, которые запомнились навсегда.
Поисково-спасательный отряд «Симуран» действует на территории Гомельской области более 13 лет. Главный офис расположен в областном центре. Есть подразделения и в районах: Мозырском, Речицком, Жлобинском и Светлогорском. Всего волонтеров около ста человек. Это люди самых разных профессий и возрастов. Важный нюанс — только совершеннолетние. Руководитель организации Юрий Березюк приводит статистику:
— За прошлый год в ПСО «Симуран» поступило 243 заявки. 181 человек найден живым, 24 — погибшими, 37 — не найдены, установлена личность одного человека. Заявки на поиск принимаются в любое время суток, в любое время года. Формирование экипажей начинается только после подачи заявления в милицию. Это обязательный шаг для обеспечения безопасности и законности наших действий. Однако мы понимаем, что ситуация может быть критической, и готовы проконсультировать даже без официального заявления. Важно помнить, что ждать три дня для обращения в органы правопорядка вовсе не обязательно. Во многих случаях ваше заявление примут немедленно. Не стоит терять драгоценное время. Выезжаем по всей Гомельской области. Однако есть такое правило: если пропадает ребенок, на помощь собираются волонтеры со всей страны.
Именно такая поисково-спасательная операция проводилась в деревне Карбовское Березинского района в нояб-ре прошлого года, когда пропал 14-летний Максим Зенькович. За судьбу мальчика переживала вся страна. В поисках участвовало около 2000 человек, в том числе и волонтеры ПСО «Симуран». Ребята признаются, что эти шесть дней, пока шла операция, они не забудут никогда. Воспоминаниями делится волонтер Юлия Вильчинская:
— Когда мы прибыли на место поиска, штаб «Ангелов» (поисково-спасательный отряд в Минской области) уже кипел. Машины, люди, прожекторы, рации — и среди этого всего стояла тишина, тяжелая от напряжения. Было очень много добровольцев, много тех, кто просто не смог остаться дома. Но катастрофически не хватало старших групп. На одного старшего приходилось до 20–40 человек — это огромное испытание. Многие пришли впервые и не знали даже самых элементарных вещей. Они смотрели на нас с надеждой, а мы понимали: нельзя подвести.
Местность была невероятно тяжелой: непроходимый лес, вязкие болота, лесные канавы, холод, который пробирает до костей. Но мы шли. Нужно было закрыть каждый метр, каждый квадрат, каждую тропку, потому что где-то там — один, маленький, замерзший — был он. Мы возвращались промокшие по колено, с ледяной водой в берцах, но это казалось ничем по сравнению с тем, что ребенка все еще нет.
Карта поиска росла. Она буквально разрасталась на глазах. Группы менялись одна за другой. Люди приезжали с разных концов страны, выполняли задачу и уезжали, а им на смену приходили другие. Координаторы работали без сна, по двое суток, по очереди. Были и те, кто вообще не уходил: ели на коленях, сушили одежду у буржуек, засыпали под шум генераторов. Лагерь жил, дышал, гудел — как единый организм. Я не знаю, сколько людей прошло через этот поиск, но видела одно: это была общая боль, которая объединила всю Беларусь. Многие, как и я, вспоминали Максима Мархалюка. Странное, горькое дежавю.
Время шло, и с каждым часом надежда тихо таяла. Мы все это чувствовали. В последний день поиска мы взяли группу и вышли на свой квадрат. Но пройти его полностью я не смогла — мне резко стало плохо: закружилась голова, бросило в жар, руки затряслись. Группа остановилась мгновенно. Девчонки, что шли рядом, тут же дали воду, чай, что-то сладкое. Такой человеческой заботы в такие моменты не забывают. Через десять минут меня отпустило, но я понимала: дальше вести людей я не смогу. Сообщили в штаб, снялись с задачи, пошли к машинам. И именно в этот момент по рации раздалось: «Обнаружен синий велосипед». У меня внутри все оборвалось. Сердце ушло куда-то в пятки, по спине прокатился ледяной шок. Мы уже знали, что это значит. Все знали.
На штабе мы просто стояли и ждали. Молчали. Слушали рации, шаги, шорохи. И в этой тишине вдруг раздался женский крик… Такой, что в груди все сжалось. На штаб вызвали врача, «скорая» дежурила все это время. И нам уже не надо было объяснять. Это и стало концом поиска. Мальчик был найден погибшим.
Это история с печальным исходом, но, к счастью, так бывает не всегда. Судя по статистике, намного чаще усилия волонтеров приводят к спасению жизни человека. Участники отряда оказывают помощь бесплатно и добровольно. За собственные средства они заправляют автомобили, покупают фонари, радиостанции, одежду, компасы. Не так давно в отряде появился квадроцикл.
— Своевременная и эффективная помощь людям становится возможной благодаря поддержке тех, кто не остается в стороне. Перечисляет пожертвования на расчетный счет, приобретает сертификаты на топливо, дарит необходимое оборудование. Мы искренне благодарны за каждую мелочь. Ведь любая помощь, даже самая небольшая, — это возможность совершить больше выездов, а значит, спасти больше жизней, — подводит итог Юрий Березюк.
Екатерина КОВАЛЕНКО
Фото из архива ПСО «Симуран»
Поисково-спасательный отряд «Симуран» действует на территории Гомельской области более 13 лет. Главный офис расположен в областном центре. Есть подразделения и в районах: Мозырском, Речицком, Жлобинском и Светлогорском. Всего волонтеров около ста человек. Это люди самых разных профессий и возрастов. Важный нюанс — только совершеннолетние. Руководитель организации Юрий Березюк приводит статистику:
— За прошлый год в ПСО «Симуран» поступило 243 заявки. 181 человек найден живым, 24 — погибшими, 37 — не найдены, установлена личность одного человека. Заявки на поиск принимаются в любое время суток, в любое время года. Формирование экипажей начинается только после подачи заявления в милицию. Это обязательный шаг для обеспечения безопасности и законности наших действий. Однако мы понимаем, что ситуация может быть критической, и готовы проконсультировать даже без официального заявления. Важно помнить, что ждать три дня для обращения в органы правопорядка вовсе не обязательно. Во многих случаях ваше заявление примут немедленно. Не стоит терять драгоценное время. Выезжаем по всей Гомельской области. Однако есть такое правило: если пропадает ребенок, на помощь собираются волонтеры со всей страны.
Именно такая поисково-спасательная операция проводилась в деревне Карбовское Березинского района в нояб-ре прошлого года, когда пропал 14-летний Максим Зенькович. За судьбу мальчика переживала вся страна. В поисках участвовало около 2000 человек, в том числе и волонтеры ПСО «Симуран». Ребята признаются, что эти шесть дней, пока шла операция, они не забудут никогда. Воспоминаниями делится волонтер Юлия Вильчинская:
— Когда мы прибыли на место поиска, штаб «Ангелов» (поисково-спасательный отряд в Минской области) уже кипел. Машины, люди, прожекторы, рации — и среди этого всего стояла тишина, тяжелая от напряжения. Было очень много добровольцев, много тех, кто просто не смог остаться дома. Но катастрофически не хватало старших групп. На одного старшего приходилось до 20–40 человек — это огромное испытание. Многие пришли впервые и не знали даже самых элементарных вещей. Они смотрели на нас с надеждой, а мы понимали: нельзя подвести.
Местность была невероятно тяжелой: непроходимый лес, вязкие болота, лесные канавы, холод, который пробирает до костей. Но мы шли. Нужно было закрыть каждый метр, каждый квадрат, каждую тропку, потому что где-то там — один, маленький, замерзший — был он. Мы возвращались промокшие по колено, с ледяной водой в берцах, но это казалось ничем по сравнению с тем, что ребенка все еще нет.
Карта поиска росла. Она буквально разрасталась на глазах. Группы менялись одна за другой. Люди приезжали с разных концов страны, выполняли задачу и уезжали, а им на смену приходили другие. Координаторы работали без сна, по двое суток, по очереди. Были и те, кто вообще не уходил: ели на коленях, сушили одежду у буржуек, засыпали под шум генераторов. Лагерь жил, дышал, гудел — как единый организм. Я не знаю, сколько людей прошло через этот поиск, но видела одно: это была общая боль, которая объединила всю Беларусь. Многие, как и я, вспоминали Максима Мархалюка. Странное, горькое дежавю.
Время шло, и с каждым часом надежда тихо таяла. Мы все это чувствовали. В последний день поиска мы взяли группу и вышли на свой квадрат. Но пройти его полностью я не смогла — мне резко стало плохо: закружилась голова, бросило в жар, руки затряслись. Группа остановилась мгновенно. Девчонки, что шли рядом, тут же дали воду, чай, что-то сладкое. Такой человеческой заботы в такие моменты не забывают. Через десять минут меня отпустило, но я понимала: дальше вести людей я не смогу. Сообщили в штаб, снялись с задачи, пошли к машинам. И именно в этот момент по рации раздалось: «Обнаружен синий велосипед». У меня внутри все оборвалось. Сердце ушло куда-то в пятки, по спине прокатился ледяной шок. Мы уже знали, что это значит. Все знали.
На штабе мы просто стояли и ждали. Молчали. Слушали рации, шаги, шорохи. И в этой тишине вдруг раздался женский крик… Такой, что в груди все сжалось. На штаб вызвали врача, «скорая» дежурила все это время. И нам уже не надо было объяснять. Это и стало концом поиска. Мальчик был найден погибшим.
Это история с печальным исходом, но, к счастью, так бывает не всегда. Судя по статистике, намного чаще усилия волонтеров приводят к спасению жизни человека. Участники отряда оказывают помощь бесплатно и добровольно. За собственные средства они заправляют автомобили, покупают фонари, радиостанции, одежду, компасы. Не так давно в отряде появился квадроцикл.
— Своевременная и эффективная помощь людям становится возможной благодаря поддержке тех, кто не остается в стороне. Перечисляет пожертвования на расчетный счет, приобретает сертификаты на топливо, дарит необходимое оборудование. Мы искренне благодарны за каждую мелочь. Ведь любая помощь, даже самая небольшая, — это возможность совершить больше выездов, а значит, спасти больше жизней, — подводит итог Юрий Березюк.
Екатерина КОВАЛЕНКО
Фото из архива ПСО «Симуран»
Читайте также:
Популярное
